Психотерапевтическая работа с ипохондрией, канцерофобией

Психолог-психотерапевт Ежек Наталия (www.gesterap.ru)

Ипохондрия — расстройство, при котором внимание к своему здоровью становится чрезмерным. При этом присутствует постоянная озабоченность поиском тяжелого недуга, который, однако, не подтверждается даже самыми тщательными медицинскими исследованиями; но у пациента все равно появляется убежденность в несуществующем заболевании. Непрекращающиеся наблюдения за собой приводят к тому, что совершенно незначительные симптомы раздуваются до угрожающих жизни недугов. Ипохондрики часто посещают врачей, настаивают на проведении сложной, часто не нужной диагностики. Для них характерна не снижающаяся тревога даже после заключения врачей, что у них все в норме.

Ипохондрию можно рассматривать как сложный язык тела, трудный в расшифровке для самого пациента и для специалистов.
При ипохондрическом расстройстве пациентам показана психотерапия.

Ипохондрические проявления, как правило, служат сокрытию глубоких личностных конфликтов. Ипохондрик в отчаянье использует свое тело в качестве защитного механизма, чтобы не признаваться в нарушенных отношениях с собой и окружением.

Но очень часто я как психотерапевт сталкиваюсь тем, что пациент, одержимый поиском болезни и врача — который поможет ее выявить, глух к попыткам помочь ему посмотреть на ситуацию с психологической точки зрения. Часто такие попытки психотерапевта рассматриваются пациентами как непонимание их. Такие пациенты все свои страдания относят к физиологическим недугам и всеми силами стараются подтвердить свои подозрения.
Хорошо, если пациент заинтересовался своим внутренним миром и готов начать психотерапевтическую работу. Но, начав этот путь, очень важно разъяснить пациенту границы возможностей психотерапии. В такой работе пациент, делясь со специалистом своими переживаниями, сможет осознать, как телесные болезни маскируют патологию его характера и жизненные трудности, сможет ослабить тревожность по поводу своего здоровья. Но не стоит ожидать, что тем самым тут же удастся устранить все физические недомогания.

Ипохондрические идеи о том, что со здоровьем что-то не в порядке могут быть условно разделены на три разные формы: 1) навязчивые идеи — присущие тревожным невротикам, 2) сверхценные идеи — часто присущие для паранойяльного расстройства личности и 3) бредовые идеи — встречающиеся у психотиков, часто при шизофрении.

Давайте разберемся подробнее в этих трех формах.

Самая легкая форма — навязчивые идеи выражаются в мнительности, прислушиванию к тому, как работает организм, в тревоге за свое здоровье. Эти переживания могут быть спровоцированы информацией из газет или ТВ, рассказами знакомых о каких-то недугах.

При сверхценных идеях пациенты расценивают незначительные симптомы как тяжелые. Так, пациент, проходивший индивидуальную психотерапию, жаловался на изматывающую тревогу по поводу своего здоровья и разрастающиеся страхи — если вдруг что-то заболело. Если у него заболевало горло, он первым делом подозревал рак горла, если возникали незначительные боли в желудке – то рак желудка, если ему казалось, что у него ухудшается память и интеллектуальная работоспособность, он думал, что это рак мозга. Нетрудно представить, какими мучительными могут быть эти переживания.

В данном случае речь идет об одной из форм ипохондрии – канцерофобии (боязни онкологических заболеваний). При второй форме ипохондрии забота о здоровье становится неадекватно преувеличенной.

Так, например, другая пациентка, переболевшая ОРВИ средней степени тяжести, в последующие две недели воздерживалась от того, чтобы разговаривать с кем-либо на улице (в период еще нехолодной осени), чтобы не застудить горло.

Другой пациент рассказывал про то, что он по нескольку раз в год делает анализы на ВИЧ, гепатиты В и С (не имея половых контактов, хирургических вмешательств и т.д.), регулярно сдавал кровь на онкомаркеры, без соответствующих показания к этому.

Самый тяжелый вид ипохондрии – бредовая, она может встречаться либо в шизофреническом состоянии, либо в предшизофреническом. У пациента развивается бред о наличии тяжелой болезни. И то, что ее не подтверждают врачи, по его мнению, означает их слепость или то, что на нем уже поставили крест. Этот вид ипохондрии требует  обращения к психиатру.

Так, одна из пациенток – достаточно молодая женщина, проходившая терапию, в течение нашей работы многократно говорили про ипохондрические страхи. Они прорабатывались в терапии, и в какой-то момент кажется, что уменьшились. Но, к сожалению, пациентка решила прервать терапевтический процесс раньше, чем она была готова к полноценному завершению работы. В период времени, отведенного нами на то, чтобы завершить работу, у нее вновь начинает обостряться ипохондрия. Такое случается при завершении терапии — когда у пациентов на короткое время опять могут возобновляться старые симптомы. Этому, бывает, способствует тревога от предстоящего расставания с терапевтом, от необходимости в будущем опираться только на себя. При проработке эти симптомы обычно быстро проходят. В данном случае дело было осложнено преждевременным прерыванием терапии. Кроме этого пациентка защитным образом отрицала всякую тревогу от расставания, даже малейшую грусть от окончания терапевтических отношений. Ведь завершение работы с терапевтом, которая порой длится несколько лет, может вызывать много печали. В этот период может оживать боль от завершения (утраты, потери) других значимых отношений в жизни пациента, и эту боль важно проработать. На символическом уровне это завершение можно рассматривать как некоторую «смерть» — «смерть отношений», «смерть длительной работы». Не зря же в известной песне поется: «Расставание – маленькая смерть». Так вот, не желая замечать и признавать все эти, конечно, непростые чувства и не сумев принять моей помощи в том, чтобы рассматривать их на символическом уровне, пациентка начала безумное отреагирование в попытках «найти себе настоящую смерть». Она развила бред наличия онкологического заболевания – она верила в то, что оно есть, и даже сумела найти врачей(!), которые подтвердили ей это заболевание (к счастью, в скором времени оказалось, что диагноз ошибочный). Но, можно представить какой ценой ей далась хорошая новость – она проходила тяжелые, болезненные обследования, готовилась к операции, и уже где-то прощалась с жизнью. Пациентке параллельно с продолжением терапевтической работой было рекомендовано обратиться к психиатру, чему она и последовала.

Давайте остановимся на психологических причинах ипохондрического расстройства. Их может быть множество, т.к. пациент при помощи симптома предъявляет психологические проблемы и показывает психотерапевту, что с ним что-то не так; но что – ни понять, ни объяснить он не может.

Ипохондрик использует интенсивное самонаблюдение для того, чтобы вытеснить межличностные напряжения, конфликты в социальной сфере, отсутствие интимных или близких отношений. Многие пациенты с ипохондрическим расстройством, с которым велась терапевтическая работа, имели сложности в социальных контактах; испытывали чувства отвержения и неприятия со стороны других; отсутствие близких отношений и трудности с тем, чтобы их создать. Тогда им бывает легче объяснить себе, что они не могут полноценно вступать в отношения, потому что больны; чем признаться в более глубоких проблемах.

Так, пациентка, которая запрещала себе разговаривать на улице в течение двух недель после нетяжелого ОРВИИ — чтобы не застудить горло, таким образом, защищалась от неудачных попыток в очередной раз пойти на свидание с мужчиной. Ей легче было мириться с имеющимися у нее ограничениями — что она не может создать отношения, выйти замуж — объясняя их болезнью; чем переживать мучительное чувство «со мной что-то не так» после отвержения очередного претендента. Один известный психотерапевт замечает: «Ипохондрик часто изолируется от межличностных отношений, но с одним исключением — он ощущает потребность во всех деталях оповещать мир о своих симптомах». Тогда ипохондрия рассматривается как утрата связи с миром, и использование тела в качестве мнимого партнера.

 Зацикленность на себе и своем здоровье наблюдается у  индивидов с нарциссической структурой характера в сочетании с отсутствием интереса к другим людям — к их жизни, чувствам, переживаниям.Одна пациентка откровенно признается: «Мне наплевать на всех. Все остальные меня не интересуют». Жизнь таких людей настолько пуста, что начинают интенсивно заниматься телом и его процессами. За ипохондрией прячутся настоящие потребности (в участии, в принятии другими людьми, в совместности) и глубоко коренящееся чувство одиночества.

Ипохондрия характеризуется наличием паранойяльных компонентов. Среди неприятных паранойяльных черт – такие как враждебность, гневливость, обидчивость, мстительность; подозрение других в злонамеренности; ожидание психологического или физического нападения; попытки выявить «врагов». Характерно то, что собственная враждебность не осознается и проецируется на других, и человек постоянно ожидает нападения. Вытесненные чувства гнева, враждебности и даже садистические желания при ипохондрии направляются не во вне (на внешние объекты), а на себя — на собственные на органы тела, которые человек, так скажем, «убивает» вымышленными болезнями. Или же страх нападения со стороны объектов смещается и ощущается в виде «нападения» микробов, инфекций. Примером этому служит пациент, которые пару раз в год сдавал анализы на ВИЧ, гепатит и онкомаркеры. В силу травматического детского опыта, он постоянно боялся психологического нападения со стороны окружающих – боялся, что на него обрушат насмешки, издевки, навесят ярлыки и диагнозы. Мир ощущался им как враждебный.

Порой ипохондрия проявляется у пациентов, не имеющих устойчивой психической структуры личности – четкого понимания: «Кто я?» У них присутствует страх утратить самого себя. Тогда наблюдения за собой и обращения к собственному телу (к собственной боли) являются попыткой обрести себя.

Еще одним из факторов, провоцирующим ипохондрию, является, говоря психоаналитическим языком, страх кастрации. Это понятие относится к числу бессознательных, и может быть не очень понятным на рациональном уровне, поэтому остановимся на этом кратко. Изначально этот страх относится к повреждению или утрате пениса (как ценного, значимого, важного органа), а потом может смещаться на страх повреждения любой части тела (органа). Так пациент, подвергавшийся в детстве и юности психологической кастрации — когда отец высмеивал, принижал его (т.е., проводя аналогию с лишением пениса — лишал ощущения своей психической ценности, психической потентности), во взрослом возрасте сместил это, как на страх физиологической кастрации, так и остался страх психической кастрации. В данном случае он выражался в страхе заболеть раком и утратить ценную (важную, незаменимую) часть себя — внутренний орган; или утратить психическую функцию — заболеть шизофренией и стать психически неполноценным.

Кроме этого, поиск болезней может бессознательно служить целям самонаказания. Как-то я обратила внимание одного пациента на то, что он в своих фантазиях постоянно «убивает» и «хоронит» себя, пытаясь найти страшные болезни. Я спросила – зачем это ему нужно? Ответ был пронзительно — щемящий: «Потому что такой, какой я есть, я недостоин жить на этом свете».

Можно добавить, что ощущение себя больным может быть выгодным. В большинстве культур считается желательным проявлять сочувствие к больному, если его состояние обусловлено органическими причинами, и нетактично поворачиваться спиной к жертве органического заболевания.

В завершение стоит заметить, что разделение болезней на действительные и мнимые – не очень удачно. Мы не вправе отметать жалобы человека как плод его воображения, даже если нам не хватает понимания и знания, чтобы постичь истинную природу этих симптомов. Если даже жалоба пациента не имеет органической природы, то для человека его симптомы все равно реальны – это основано на его личном восприятии и опыте; даже если имеющиеся методы не позволяют эти симптомы диагностировать или излечить.

Бывают и случаи врачебных ошибок, в результате которых человек, считавшийся ипохондриком, умирал от той болезни, которую он чувствовал в себе.

Вообще считается, что канцерофобия сама по себе крайне редко перерастает в онкологическое заболевание. Но есть и такое мнение, что фобия вызывает нервное расстройство, которое может спровоцировать развитие психосоматических заболеваний, которые при определенных стечениях обстоятельств могут перерасти в злокачественные.

Как я уже упоминала, для лечения ипохондрических расстройств (легкой и средней степени тяжести) показана психотерапевтическая работа (при бредовых идеях – при участии психиатра). Хотя, конечно, не все пациенты мотивированы на изменения, не все могут по-другому организовать свою жизнь; ведь в некоторых случаях в перестройке нуждается вся личность. Если пациент не готов к такой работе, возможно, ему поможет медикаментозное лечение у психиатра. Хотя оно, конечно, не устранит психические конфликты, отношение к себе, миру и людям. Есть и другое мнение, что медикаментозное лечение нежелательно, потому что оно только подтверждает для пациента то, что все его проблемы физиологически обусловлены.

Психолог-психотерапевт Ежек Наталия (www.gesterap.ru)

Нет комментариев.

Добавить комментарий

Яндекс.Метрика